Сообщения с тегами ‘про любовь’

Девочковое

«Смс от жены любовнице: Я купила мужу новые трусы, будешь с ним — ЗАЦЕНИ. Смс от любовницы жене: Там в новых трусах, в кармашке, „Рафаэлло“ — это тебе» © известный анекдот. Далее благородным, прекрасным и романтичным мужчинам читать не стоит, дабы не ранить своих чувств, кои у мужчин, как известно, куда нежнее, нежели у женщин...

«Быть абсолютно честным с самим собой – хорошее упражнение» © SF

Сделала в прошлом году два интересных, хотя и капитанских наблюдения. Запамятовала их зафиксировать. Вот.

  1. Если я вдруг заметила, что кто-то меня забыл и не общается со мной, обычно это означает, что не так давно этот человек раз десять пытался выйти со мной на связь и пообщаться, я же была холодна, как айсберг в океане, игнорировала приглашения на кофе и вообще не проявляла никакой инициативы.
  2. Если я вдруг заметила, что у меня кого-то отобрали — то есть кто-то другой или что-то другое заняло то место, которое прежде в жизни дорогого для меня человека занимала я — обычно это означает, что я сама радостно привела этого другого и чуть ли не силком заставила дорогого для меня человека обратить на этого кого-то своё драгоценное внимание, после чего демонстративно покинула своё место в жизни дорогого для меня человека, мучительно страдая при этом на весь земной шарик.

Излишне, наверно, говорить, что оба перечисленных действия в момент их совершения абсолютно для меня не заметны. Благоприобретённый в прошлом году навык отслеживать эти две закономерности исключительно быстро купирует любую попытку пострадать о том, что «обо мне все забыли» и «мир полон сук, а я доверчивая овца, овца, овца». Страдания немедленно заменяются гомерическим хохотом, и я прихожу в превосходное настроение. У моего бессознательного, как ни крути, отменное чувство юмора...

«Женщина, поверьте мне, обращается в бегство по-настоящему лишь тогда, когда действительно чувствует себя объектом сфокусированного на ней желания». © JL

Подаркообразная идентичность

Близится Новый Год, и во френдленте начинают появляться размышления и расчёты касательно подарков. Я вот тоже периодически, когда удаётся выдохнуть, размышляю о подарках, и вот что мне приходит в голову.

Мне в этом году подарков, в обычном значении этого слова, не хочется делать совсем. И не потому, что денег нет (денег-то как раз внезапно более чем достаточно). И даже не потому, что нет времени на поиски, хотя со временем сейчас гораздо хуже, чем с деньгами. Просто не складывается. Подарок — это что-то от сердца, а у меня сейчас от сердца к любимым людям идут всякие другие штуки, не подарочного формата.

Я бы, например, хотела сказать некоторым своим друзьям, как сильно они мне дороги, какие тёплые чувства я испытываю к ним и как много они сделали для меня в этом году. Я даже пыталась написать благодарственный пост с именными обращениями. Но все слова кажутся мне какими-то неправильными и не выражающими того, что я хочу сказать. Болезненная демонстративность потихоньку меня отпускает, кричать на весь мир про сокровенное больше не хочется (только о том, что оно у меня имеется, это сокровенное, ага). Остаётся надеяться, что они сами догадаются, чего я хотела им сказать. (Да, если что, я в курсе, что люди не телепаты. Но эти умные, они просекут).

Хотелось бы мне, в свою очередь, получить что-нибудь в подарок, я не очень понимаю. Мне по-прежнему нравятся некоторые немногочисленные вещи, и мне приятно думать, что они могут стать моими, но все эти вещи как будто перестали быть связаны с людьми и моими чувствами к ним. Я помню, как этим летом переживала и мучилась, пытаясь сформулировать свои чувства по поводу подарков на мой день рождения и при этом никого не обидеть (не получилось, конечно). В последние пару месяцев те летние переживания кажутся мне очень далёкими и непохожими на то, что я чувствую теперь. Тогда мне было очень одиноко и страшно потерять тех, кого я, как мне казалось, «приобрела», и мне очень хотелось требовать от людей чего-то конкретного, обвинять и оправдываться. А сейчас нет. Мне просто тепло, уютно и интересно с самой собой; я с любопытством разглядываю то, что приходит на границу моего мира, и пытаюсь тем или иным способом определить своё отношение к этому, позитивное, негативное или равнодушное. Почему-то теперь больше не обязательно, как раньше, доносить это отношение до конкретных людей, отчаянно пытаться что-то объяснить, отрегулировать, вернуть, разрешить, запретить. Думаю, с любым подарком в таком состоянии будет та же история: любопытство, прикосновение, отношение, решение. Моё собственное, внутри меня. Очень интересно.

Гештальт десятилетней давности, или Люди, когда ты к ним готов

Десять лет назад мне было девятнадцать с половиной. К этому моменту я уже год-полтора проучилась по долгосрочной программе подготовки гештальт-терапевтов Московского Гештальт Института. Мои отношения с руководителем программы, как внутренние, так и, отчасти, внешние, трудно было назвать хорошими, ровными и стабильными. Мне казалось, что она меня ненавидит. Её реакции на мои слова и действия часто воспринимались мной как нейтрально-равнодушные, пару раз — даже как тёплые, а временами — как вымораживающе агрессивные и отталкивающие. От этой непоследовательности мне было тяжело. Я даже прорабатывала эту тему в своей тогдашней терапии — без особого успеха, надо заметить. Года через четыре после завершения своего обучения я обнаружила, что могу спокойно общаться с ней, не переживая сильной тревоги, неуверенности и перманентного ожидания удара. Я считала это большим апгрейдом в этой области, и, пожалуй, так оно и было на тот момент.

(далее...)

Время быть

В детстве, помнится, «Маленький принц» Сент-Экзюпери на меня всепоглощающего впечатления почему-то не произвёл. Это очень странно, учитывая мой любимый сценарий: приручать и приручаться — это же та самая песня, с которой я уверенно ползла по жизни в неизвестном направлении. Розы, лисицы и прочие любители приручательных игр постоянно оказывались на моём пути, и некоторое время мы пели приручательные песни дуэтом, а то и трио. И только сейчас, устав от некоторого однообразия мотивов, я постепенно начала мурлыкать себе под нос нечто другое.

Постоянно принимать участие в жизни другого человека (даже без особого альтруизма), делать это по-настоящему, без притворства, всё время будучи включённым, помня о мелочах, заботясь, любя-по-Фромму и всё такое, — это очень, очень сложно, тяжело и местами вообще-то неприятно. Я, конечно, большой любитель бессмысленных и беспощадных подвигов, но стала серьёзно задумываться над тем, чтобы ограничить их количество в своей небесконечной жизни. Tempora mutantur. Есть время приручать и время приручаться, а ещё есть время для того, чтобы быть.

Я признательна своим друзьям, близким, коллегам, случайным знакомым и вообще людям за то, что у каждого из них есть своя жизнь, к которой я не имею никакого отношения. Это замечательно. Пойду баобабы повыщипываю.

Экзистенциальное

Мы никогда не будем одного возраста. Одного роста. Одного опыта. И одной крови. Этого никогда не будет. Это иллюзия, игра света на поверхности омута, в котором скрыты наши судьбы. Это наваждение, которое скрывает то, что по-настоящему важно, ещё одна стена между нами, которую я придумала, чтобы никогда не встретиться с тобой.

Утром нового дня, когда Земля готовится совершить ещё один бессмысленный оборот вокруг Солнца, я говорю себе, что я — это я, а ты — это ты. Если сегодня мы встретимся — это прекрасно, а если нет — этому нечем помочь. Но потом настанет новый день, и Земля снова будет вертеться, и мы будем биться о стены, которых нет, — и, может быть, однажды эти стены останутся позади, и тогда я действительно встречу тебя, а ты — меня.

Дружба

Вот так придёшь домой злая как чёрт, наговоришь людям гадостей, пошлёшь в пешее эротическое путешествие всех, кого давно мечтала послать... а они, блин, даже и не обиделись толком. Наверно, это и называется дружба. А ещё это про любовь. Я раньше этого не понимала.

Обманется твой слух, солгут твои глаза, но сердце не солжёт...

Странно всё-таки устроены пути человеческие. Вряд ли кто-то мог подумать лет пятнадцать назад, что моя безотчётная, непреходящая тяга к языку и в особенности к речи, к её чистой функции, создающей нечто такое, что не было предусмотрено самим планом создания этого идеально безупречного воображаемого мира, — вряд ли кто-то мог подумать, что эта тяга выльется в исследование дискурса виртуальной коммуникации, с одной стороны, и подозрительно стойкую любовь к лакановскому анализу — с другой.

А музыкальный фон у меня к этой идее вот такой, сама не знаю почему.

«Собака на сене», кстати говоря, представляет собой в первую очередь превосходное произведение классической литературы, дух которого умудрился добраться аж до саундтрека, и даже пение Боярского мало что может тут испортить.

Волохонский вернулся!

Ура, Вовка вернулся из отделения, где просиживал штаны после митинга 31 числа! Постройневший, весёлый и с цветами.

Семейное

— Ой, а это пончо, да?
— Это полупончо. Видишь, у него рукавчики есть!
— Не, не вижу... а! Есть! *подумав* Ты мой пончик ненаглядный!
— Полупончик!