День первый. Первый день был лекционным. Ольга Владимировна Щербакова прочитала нам лекцию продолжительностью примерно три с половиной часа о применении качественных (неколичественных) методов в психологии. При этом она ссылалась на работы Алексея Марковича Улановского (который, кстати говоря, тоже был на ЗПШ). В лекции было уделено много внимания основным принципам качественных исследований; изложение теории происходило близко к тексту вот этой статьи, приводились примеры-персоналии: Джейн Гудолл, Маргарет Мид, Елена Кёллер, Зигмунд Фрейд, Александр Романович Лурия.

День второй. Во второй день к нам приехала сама Мария Владимировна Осорина и учила нас анализировать иконические, то есть рисуночные тексты. В качестве объекта использовались карикатуры. Они очень выразительные, и работать с ними весело. Базовый принцип анализа — действуй как Шерлок Холмс, будь наблюдательным. Сначала смотри и отмечай, потом интерпретируй и сопоставляй. Есть алгоритм анализа, который долго описывать, но который, кратко говоря, сводится к виртуальному диалогу с идентифицированными героями картинки по поводу их личности, мотивов и действий. Отвечать за героев можно только исходя из того, что в картинке действительно присутствует, а не из собственных фантазий. Насколько я поняла, основная идея состоит в том, чтобы обнаружить послание автора картинки. Послание это ориентировано на некий общекультурный контекст, который и требуется определить, а потом в его рамках интерпретировать сказанное автором. В анализе есть своеобразные Сцилла и Харибда, между которыми нужно проскользнуть.

1. Сцилла: собственные проекции («ну ясно же видно, что персонаж хочет...»). Нужно опираться только на очевидное, в буквальном смысле: оче-видное, то, что видит глаз. Старый добрый принцип, ещё в античные времена отдельные товарищи его любили и проповедовали как могли.
2. Харибда: множественная интерпретация текста. Психологи — народ креативный, особенно когда в группе. Важно не утонуть во всех возможных гипотезах и не начать бредить («а ещё можно предположить, что этот персонаж хочет убить свою маму!!! Ведь можно же?.. Картинке не противоречит!»). По сути, нужно поймать бритву Оккама, заложенную в структуре культурного дискурса. Описать, как и каким местом надо ловить бритву, я, наверно, не смогу. Но, возможно, после объяснений Марии Владимировны смогу руками показать.

День третий. Третий день состоял из двух половинок. В первой половинке с нами работала Марина Олеговна Аванесян, а во второй — Татьяна Леонидовна Рычкова. Марина Олеговна рассказала нам, что такое метафора (по ходу дела были упомянуты некоторые теории, связанные с этим), а также какие виды метафор можно увидеть в картинках (классификация по Форсвиллу — гибридные, контекстуальные, рисованные сравнения и интегрированные метафоры). Иллюстрировалось это дело примерами из рекламы. Татьяна Леонидовна прочитала лекцию о смысловой реконструкции временнОй последовательности рисованного текста. Основная идея состоит в том, что в рисованном тексте есть масса способов передачи представления о времени через пространство. Мы искали эти способы, а потом пробовали построить их классификацию.

В целом, сквозной проект мне скорее понравился. Я почерпнула много нового и интересного. Кроме того, наша группа получилась просто отличной. Отдельное спасибо Степану Эдуардовичу Давтяну, Владиславу Игоревичу Доминяку, Ксюше, Кириллу, Илье и коллегам из Москвы (лицей № 1535). Участвовать с ними в проекте было сплошным удовольствием.

Рекомендую посетить этот проект людям, которые: (а) активно интересуются качественной парадигмой психологических или каких-нибудь других исследований; (б) любят картинки и работать с ними; (в) любят анализировать тексты, но при этом не против воспринять картинку как текст; (г) любят Шерлока Холмса и всегда мечтали почувствовать себя на его месте; (д) любят слушать Марию Владимировну, Ольгу Владимировну, Марину Олеговну и Татьяну Леонидовну.

Вот как-то так.

...И нет, я ничего там не курила!!! Там запрещено курить что бы то ни было. Внутри базы, во всяком случае, а снаружи слишком холодно, чтобы полноценно наслаждаться психоактивными радостями жизни. (Надпись насчёт дифирамбов медленно исчезает с экранов ваших мониторов).

Двенадцатая ЗПШ (для меня — седьмая) ознаменовалась в моей жизни несколькими событиями, о которых я собираюсь сегодня вам, друзья мои, поведать.

1. Я наконец-то посетила сквозной проект Марии Владимировны Осориной и её учеников «Мир как текст. Психологическая анатомия очевидного». Эта часть гештальта завершена. Мне даже бумажку специальную дали, которая сертификат. Содержательно комментировать проект в этом посте не буду, очень много буков в голове. Кому интересно — спрашивайте, я вам лично расскажу, мне не лень.
2. Я впервые в жизни сыграла в ЧГК — и наша команда InTeam заняла первое место. Мне понравилось! Спасибо  konhis, что позвал.
3. На мой семинар, посвящённый основам нарративного подхода к анализу текстов, внезапно пришло много народу. После своей как-всегда-на-редкость-невнятной презентации я этого совершенно не ожидала, посему с перепугу прочитала вместо семинара интерактивную лекцию. Спасибо участникам, они, кажется, всё-таки что-то для себя извлекли, если судить по контент-анализу их обратной связи. В следующий раз исправлюсь и поделаю со всеми желающими что-нибудь сугубо практическое. Обещаю и торжественно клянусь. И буду очень просить, чтобы аудиторию дали поменьше, посветлее и потеплее. А то мысли к голове примерзают.
4. После семинара меня внезапно накрыло новой идентичностью — я осознала, что процесс становления меня как нарратолога перешёл в новую стадию. Я могу совершенно спокойно, не напрягаясь, увлечённо, часами рассказывать что-то из этой парадигмы, и люди меня слушают. А что гораздо более потрясающе — они начинают слушать и слышать себя.
5. Благодаря двум увлечённым юным коллегам из Волгограда я поближе познакомилась с письменными практиками, используемыми в нарративной терапии, и их опытом работы с этими практиками. Опять-таки узнала много нового и интересного.
6. Как всегда, была счастлива повидаться и пообщаться с друзьями, коллегами, единомышленниками. И с теми, кого вне ЗПШ вижу чаще, и с теми, кого вижу реже. Простите меня, ребята, что лакановский дискурс проходит через меня чаще, чем это было бы уместно. Он ещё новенький совсем, толком не инкорпорированнный — и двух лет ещё не исполнилось — поэтому очень заметно. Спасибо вам, что приходили ко мне, звали меня к себе, были рядом со мной. Для меня это очень, очень важно — быть рядом с вами, слушать вас и говорить с вами. И улыбаться вам.

До новой встречи в будущем году!

Погода во Внутренней Монголии стоит необычайно ясная, просматриваются какие-то другие планы. Я словно вижу со стороны свою склонность во всём происходящем, во всех высказываниях в первую очередь определять и ревниво охранять своё место. То, что я это сейчас вижу, разумеется, не значит, что я избавилась от своего детского эгоцентризма. Странная зеркальная ревность в отношениях со значимыми людьми преследует меня давно. Очень, очень давно. Это похоже на то, как если бы я тревожно пыталась занять место в некой очень важной очереди к чему-то гипотетически очень ценному. Очень видно вот здесь — и само требование, и его благовидное прикрытие. Но сейчас мне иногда удаётся задаться каким-нибудь другим вопросом, вместо того чтобы бесконечно задавать себе или другому (что в данном раскладе, в общем-то, одно и то же) вопросы вроде «отчего ты не относишься ко мне так, как к ней (к нему)?»

Куда-то исчезла постоянная навязчивая необходимость регистрировать в речи и в письме чувства, которые возникают... должны возникать в ответ на те или иные события. Раньше писала бы я текст этого поста и почти автоматически вставляла бы фразы вроде «такое классное ощущение!» или «как давно я ничего подобного не испытывала!» Думаю, можно сказать (это будет часть правды), что я наконец-то позволила себе быть бесчувственной. Чую, последствия могут быть неожиданными и парадоксальными.

Обнаружила, что могу читать книги, которые возбуждают не мои чувства («ах, как здорово он это передал, я тоже это испытывала!»), а мой разум («Господи, какая классная идея, мне приходит по этому поводу вот эта мысль... и вот эта... ой, и ещё я только что поняла вот это!!!») С неудовольствием отметила, что мне нужно много времени, чтобы включиться в дискурс автора, даже если этот дискурс мне в целом знаком; с удовольствием — что я в принципе могу это делать; с недоумением — что мне хочется о возникающих мыслях говорить. И что мне теперь с этим желанием делать, хотела бы я знать?..

Заезжал в гости Менестрель, отлично посидели. Вызывали духов из прошлого, гадали на словах, плели и рвали сладкие сети. Помянули старое крепким черногорским ромом, глаза вроде на месте пока. Приятно, чёрт возьми, поговорить с живым человеком, особенно если он тебе ещё и сигару притащил.

Пребываю в уютном нирваническом состоянии — собственно, как и бОльшую часть последних двух месяцев. С Вовкиной помощью поменяла батарейку в своём видавшем виды слиптрекере — не знаю зачем, видимо, чтобы сделать вид, будто восстанавливаю режим. Надиктовала для Вовки выпуск политических новостей. И чего людям не нравится их голос в записи?.. Лично я себе в записи нравлюсь.

Расслабленным мозгом почитываю десятку Лакана. Откуда этот чувак всё знает?

Всех православных и сочувствующих — с наступающим православным Рождеством! Рождество Твое, Христе Боже наш, возсия мирови свет разума. Да не затмится, аминь.

Было мне, в целом, очень даже хорошо, даже лучше, чем я ожидала. Я попала только на полтора дня конференции из двух с половиной. Конференция началась для меня с участия в работе круглого стола «Депрессия и культура», который вёл Сергей Кондуров. Как выразилась после этого круглого стола одна участница, «так интересно, так интересно, такие разные по уровню подходы к проблеме...» (дальше она что-то говорила о детских садах и университетах, но я плохо запомнила). В общем, после того как коллеги минут пятнадцать повыражали свои чувства к представителям других культур в проективной форме (вроде «они же вааааще не улыбаются! какое ужасное подавление эмоций!!!»), Серёжа неосторожно спросил меня, что я думаю по этому вопросу. Ну, я и сказала, что я думаю по этому вопросу и особенно по вопросу того, какие высказывания я уже слышала. Тоже минут на пятнадцать в общей сложности. Новый и интересный для меня опыт — раньше мне как-то казалось, что вот такое в гештальте и должно быть, и что я непременно всё испорчу, если скажу что-нибудь вроде «Окститесь, коллеги, вы сыплете совершенно бесполезными с точки зрения обсуждения проекциями». А оказалось — нет, всё совершенно не так страшно. Приятно. Моя собственная импровизация на тему «Депрессия и культура», впрочем, была так себе, но для импровизации, я считаю, очень неплохо. Я даже попыталась внести оживление в аудиторию, рассказав о концепции социального психоза нежно любимого мною Рональда Лэйнга (я, правда, как-то забыла при этом, что Серёжа психиатр, а Лэйнг — один из основателей антипсихиатрии). В общем, я не знаю кому как, а мне было весело.

В приподнятом настроении я отправилась на свой собственный мастер-класс по дискурс-анализу цикла контакта, и мастер-класс прошёл отлично. Времени, как всегда, на всё не хватило, хотя ко мне пришло всего шестеро участников. Времени оказалось мало, но было много энергии, много вдохновения, много их желания в том, о чём они говорили и спрашивали. Потом были процесс-группы и маленький фуршет. Этим закончилась суббота.

В воскресенье я начала день с мастер-класса Дениса Желателева и Анны Рутенберг «Зависть и ревность». Это был прекрасный выбор. Ребята хороши в преподавании и производят впечатление сильных, опытных практиков. Я давно с таким удовольствием не участвовала в упражнениях. Я давно с такой пользой не задавала теоретических вопросов. В общем, попала в десятку. Очень, очень много всякого нового и интересного. У меня зародилось тихое подозрение, что люди с богатой клинической практикой всегда обнаруживают на таких конференциях кучу всякого нового и интересного. Ну кто бы мог подумать, да?

После обеда я сходила к Лене Петровой на семинар «Стыд – эмоция или симптом? К теории репрессированных процессов» — и снова не прогадала. Впрочем, здесь-то как раз угадать было легко. Лена прекрасный рассказчик. Манера излагать материал у неё совершенно не стройная и ветвистая, как рога старого оленя, но идеально стройные концепции, товарищи, — это признак паранойи. В Лениных схемах всегда остаётся место для творчества, всегда есть над чем плодотворно поразмыслить и всегда есть к чему приложить собственный опыт, личный и клинический. Было очень здорово.

В конце дня я была на ма-а-аленьком уютном мастер-классе Ирины Бондаренко, посвящённом первой встрече психотерапевта и его клиента. Я пришла туда потрындеть и очень успешно занималась этим на троих с доброжелательно настроенными коллегами в очень подходящем для этого дела помещении с мягким диванчиком.

Потом была церемония закрытия и раздача сертификатов. Сертификат я себе писала сама (будь гештальтистом, осуществи творческое приспособление!), но подпись главного по конференции там самая настоящая, зуб даю!

И напоследок об общей атмосфере. Конференция проводилась в уютных помещениях здания, где рядом расположены Высшая школа психосоциальных технологий управления и широко известная в узких кругах ДЭИР (Школа Дальнейшего ЭнергоИнформационного развития). Не знаю, одна это контора на данный момент или нет, но оба названия хороши, согласитесь. Какое-то странное умиротворение находит на меня, когда в перерывах между мастер-классами я созерцаю книги, называющиеся как-нибудь вроде «Сущностная трансформация. Обретение неиссякаемого внутреннего источника». Вообще-то я психокульты и секты не люблю (чужие, разумеется, свою уютную тоталитарную психоаналитическую секту я ни на что не променяю!), но в таком контексте это всё почему-то скорее умиляет.

Вот так замечательно, продуктивно и плодотворно, в уютном кругу несколько подзабытых за последние пять-шесть лет коллег и в созерцании новых молодых приятных лиц, я провела эти выходные. Ребята из оргкомитета просто молодцы. Приезжайте к нам в Простоквашино... эээ... ну, в общем, вы поняли!

Сейчас я в очень хорошей душевной форме. Будь гештальтистом! Найди свою хорошую форму!

А каким образом вы определяете, насколько хороши ваши дела? Если определяете, конечно?

Мне от этого — а может быть, и всё остальное так удачно сложилось — хорошо, тепло, уютно и как-то очень естественно.

Волосы уже сильно отросли по сравнению с ёжиком, который был в мае. Некоторую часть волос можно собрать в маленький хвостик. Обруч, что ли, купить. Широкий обруч и маленький хвостик — буду ходить, как школьница. И улыбаться.